cv

«Коммерсантъ.Секрет Фирмы»
Менялы поневоле2009-07-06

Компании, оказавшиеся на грани разорения из-за безденежья клиентов, ищут спасение в бартере и взаимозачетах. И, как выяснилось, вполне могут обходиться без денег. Выгодно это тому, кто в итоге найдет реального покупателя.

Текст: Юлиана Петрова

Натуральный обмен однажды уже помог "Первой генподрядной компании" встать на ноги. В 2004 году только что основанная строительная фирма взялась за реконструкцию корпусов петербургского прядильного комбината "Советская звезда". Денег у "Звезды" не было, но комбинат был готов расплатиться нитками. "Я лично тогда занимался продажей ниток швейным и обувным фабрикам. В итоге мы и заказ выполнили, и на перепродаже ниток заработали",— вспоминает генеральный директор "Первой генподрядной" Дмитрий Смородин.

Сейчас "Первая генподрядная" снова вспомнила о бартере. Она договорилась построить этой осенью для фермерских хозяйств Астраханской области несколько овощехранилищ на 200 млн руб. Половину суммы компания Дмитрия Смородина получит деньгами, половину — овощами: луком, картофелем, помидорами. Кстати, покупатель на них уже нашелся. Столичные оптовики согласились забрать у "Первой генподрядной" весь товар при условии, что им предложат более выгодные цены, нежели те, по которым они приобретают овощи сейчас. Строители, которые и так получат овощи с дисконтом к оптовым ценам, согласились. "Внакладе мы не останемся, потому что в стоимости строительства заложена приличная маржа",— поясняет Смородин.

Весьма распространенные в 1990е годы, но изрядно подзабытые схемы натурального обмена сегодня вновь расцветают. Предприятия вынуждены меняться с потребителями и поставщиками, так как оборотные средства они уже "проели", а их продукция застряла на складах: у клиентов нет денег. Приходится выбирать из двух зол меньшее — либо меняться, либо останавливать производство. Особенно актуален бартер для таких отраслей, как строительство, машиностроение, металлообработка и сельское хозяйство. Аналитики из компании "Росбартер" подсчитали: если спад в экономике продолжится, ежегодный объем товарообменных операций может составить 720 млрд руб.

Искусство общения
Бартер начинается с поиска контрагента. Все просто, если предприятие найдет заинтересованных лиц среди своих прежних покупателей, поставщиков и знакомых. Если нет, проблема коммуникаций становится камнем преткновения. Ведь мало выйти на потенциальных потребителей — следует выяснить, есть ли у них интересный товар для обмена, и договориться о цене.

Именно из-за несовершенства коммуникаций в 1990-е годы бартерные процедуры затягивались на месяцы. Кроме того, посредники обдирали участников сделок как липку. "Один пример из прошлого меня поразил: посредническая фирма раздобыла партию электросчетчиков по цене 2 руб. за штуку, поменяла их на трубы, трубы — на металл, металл — на бензин и так далее. Когда в конце цепочки обменов фирма подвела итоги, оказалось, что на каждом счетчике она заработала 1,5 тыс. руб.",— рассказывает генеральный директор компании "Росбартер" Анатолий Абаджан.

Сегодня искать контрагентов и оценивать реальный спрос намного проще. С конца 2008 года в интернете множатся сайты, посвященные бартеру: это и доски бесплатных объявлений (вроде www.barter-center.ru или www.delonet.ru), и незатейливые сайты посреднических компаний (www.vsaimozachet.su, www.snabprom.ru), и электронные каталоги с форумами и функциями поиска (www.bartertrade.ru).

В последнее время появились амбициозные коммерческие проекты бартерных электронных бирж, претендующих на роль всероссийских брокеров. Первыми стали Антикризисный расчетно-товарный центр (АРТЦ) Германа Стерлигова и система "Росбартер". Их бизнес-модели схожи. Заявки предприятий-клиентов размещаются бесплатно, биржа получает 1% комиссионных с каждой сделки (от оценки суммы натуральной сделки в деньгах), а также вступительные взносы от региональных партнеров-франчайзи (10-60 тыс. евро) и ежемесячные платежи от тех же франчайзи и агентов.

По расчетам Анатолия Абаджана, чтобы заработала главная функция электронной биржи — автоматическое выстраивание бартерных цепочек, в системе должно быть минимум 3 тыс. постоянных пользователей. Но пока никто из операторов не может похвастаться и тысячей — сегодня биржи работают скорее как "умные" доски объявлений. Впрочем, в этом качестве они тоже весьма эффективны. Например, директор металлотрейдинговой компании "Глобал центр" (Ростов-на-Дону) Роман Лященко волею случая стал владельцем двух вагонов пшеницы. Он разместил в "Росбартере" объявление об их обмене на широкий спектр товаров. И за неделю получил десятки разных предложений. Самым выгодным оказалось предложение обменять пшеницу на лес — некая компания, арендовавшая площади по соседству с "Глобал центром", согласилась заплатить за древесину живыми деньгами. Договорившись с соседом, Лященко ударил по рукам с продавцом леса. Вся процедура заняла около месяца, а в результате предприниматель заработал на обмене на 30% больше, чем если бы просто продал пшеницу.

Товар в деньги
Конечная цель любого предприятия — живые деньги. Поэтому в обмен на свои товары компании хотят получить то, что легко продать: горюче-смазочные материалы, продукты питания, автомашины. "Отличный товар — водка. Если известные брэнды сбывать тяжело, так как магазины заключают прямые контракты с производителями, то малоизвестные марки недорогой водки можно легко пристроить оптовикам",— говорит Дмитрий Смородин.

В любом случае для превращения бартерного товара в деньги нужен канал сбыта. Например, когда у корпорации "ГриНН" (крупнейший дилер КамАЗа, МАЗа и MAN в Центральном Черноземье) упали продажи грузовиков, положение спасла входящая в состав холдинга сеть продуктовых гипермаркетов "Линия". В начале этого года "ГриНН" начал отдавать фермерам грузовики в обмен на продукты питания (сыры, мясо, колбасу), а полученный товар сбывал через свою розницу. Сегодня 20% грузовиков и бульдозеров "ГриНН" реализует по бартеру, еще 20% техники отдает подрядчикам, участвующим в девелоперских проектах корпорации. Именно благодаря обмену автомобильное подразделение "ГриННа" (хотя оно и продает сейчас лишь треть от докризисного объема) находится в лучшем положении, нежели конкуренты в Центральном Черноземье, убежден владелец корпорации Николай Грешилов.

Чтобы сбывать полученный по бартеру товар, многие компании создают специализированные отделы и даже отдельные структуры. Например, автомобильный бизнес оператора наружной рекламы "Талер" (Санкт-Петербург) начался с финансовых проблем основных клиентов — автодилеров, закупавших около 60% рекламных площадей агентства. В "наружке", рассказывает владелец группы "Талер" Михаил Пационко, любая остановка бизнеса грозит крахом, потому что есть обязательные платежи. И либо компания согласится взять в счет оплаты своих услуг автомобили, либо станет убыточной. "Талер" выбрал первое. Для реализации товара, полученного по бартеру, Михаил Пационко открыл "Талер моторс" — салон автомобилей класса люкс стоимостью 1-8 млн руб.— и уже получил от рекламодателей машин на 40 млн руб. В среднем "Талер моторс" продает десять автомобилей в месяц по розничным дилерским ценам, но готов сбывать их и дешевле. Резервы есть — хотя расценки на "наружку" изрядно упали, рекламный бизнес по-прежнему превосходит по прибыльности классическую торговлю автомобилями.

Кстати, из таких отделов могут вырасти целые холдинги, как это произошло, например, с "Хэппилэндом", крупнейшим ныне в России производителем слабоалкогольных коктейлей. В середине 1990-х у владельца компании Ольги Курбатовой было собственное рекламное агентство. Однажды один из клиентов расплатился с ней партией коктейлей. Вскоре рядом с агентством вырос дистрибутор напитков, а затем и целый завод.

На продажу полученных товаров уходит значительное время. Но как быть, если живые деньги нужны уже сегодня? Правило хорошего менялы гласит: чтобы бартер не съел остатки оборотных средств, нужно работать по предоплате. Например, корпорация "ГриНН" поступает так: берет у производителя грузовики на условиях товарного кредита, получает у фермеров продукты питания в качестве предоплаты, продает их через свою розницу. И лишь после этого передает фермерам технику и расплачивается с производителями грузовиков. "Оборотный капитал нулевой",— констатирует Николай Грешилов.

"Первая генподрядная" тоже не вкладывает в бартерные проекты никаких собственных средств, потому что сначала получает предоплату чем угодно: векселями, квартирами, товарами. "Если нам отгрузят лук, мы его продадим и получим деньги, просто срок начала строительных работ сдвинется на неделю-полторы. Или возьмем у застройщика квартиры, продадим их, затем начнем работать",— поясняет Дмитрий Смородин.

Бартер в законе
Оформить натуральный обмен — целая эпопея. Для бартера нужен специальный договор мены. До недавних пор участники товарообменных сделок, оформленных по договору мены, должны были перечислять друг другу НДС живыми деньгами, однако с 1 января 2009 года это неудобство исчезло: новый закон 224-ФЗ отменил уплату НДС деньгами при безденежных расчетах. То есть НДС будет начисляться только на бумаге — никакого фактического перевода денег не понадобится.

Впрочем, основная проблема осталась: всякого, кто практикует бартер, автоматически подозревают в уклонении от уплаты налогов. Особенно интересуются инспекторы ценой сделки (рыночная она или нет) и равноценностью товаров. Ведь теоретически ничто не мешает компаниям обменять, скажем, пароход на контейнер ботинок. Согласно статье 40 НК РФ, сам факт проведения товарообменной операции дает право налоговикам проконтролировать цену сделки, и этим правом они активно пользуется.

Чтобы не попасть на заметку ФНС, сторонам необходимо соблюдать главное правило — цена обмениваемых товаров должна быть рыночной или близкой к ней, говорит директор московского офиса компании Tax Consulting UK Эдуард Савуляк. Налоговики не любят, если компании меняются себе в убыток либо если обмен происходит между фирмами, имеющими общих учредителей, директоров и прочие признаки родства. Неприятности менялам гарантированы и в том случае, когда один из них имеет признаки фирмы-однодневки. Каждое из этих обстоятельств не страшно, критично лишь сочетание факторов, добавляет Савуляк.

Частично проблем можно избежать, выбрав альтернативную форму обмена — взаимозачет, о котором в пресловутой 40-й статье НК РФ нет ни слова. По такой схеме, кстати, работают большинство опрошенных СФ компаний. Суть ее в следующем: фирма "А" поставляет фирме "Б" ботинки и выставляет счет. В свою очередь фирма "Б" отгружает фирме "А" мыло и выставляет ей счет на ту же сумму, датированный тем же числом. Стороны получают два встречных счета и составляют соглашение о взаимозачете встречных однородных денежных требований.

Однако и во взаимозачетах тоже есть ограничения, предупреждает Олег Баженов, руководитель налогового департамента юридической фирмы "Вегас-Лекс". Так, никто не позволит компании, торгующей телевизорами по 10 тыс. руб., уступить их по взаимозачету за 4 тыс. руб. И если фирма, получившая по зачету телевизоры по 4 тыс. руб., потом перепродаст их за те же 10 тыс. руб., ФНС обязательно доначислит налоги. Словом, нужно соблюдать меру.

Конечно, лучше всего продавать товары за живые деньги, но как вынужденная временная мера бартер может оказаться вполне выгодным. Для этого компания должна решить три ключевые задачи: организовать системный поиск контрагентов, наладить канал сбыта продукции, полученной по бартеру, и, наконец, научиться оформлять сделки так, чтобы избежать претензий ФНС. То есть превратить бартер в такой же полноценный бизнес-процесс, как и сбыт готовой продукции за деньги.

Оригинал статьи

rusb2293730@gmail.com
rusb
яндекс.ћетрика GSG. Веб-сайты, которые продают. Свой интернет бизнес - легко!, ИТ и интернет, Разработка сайтов, каталог франшиз gsg